
К половине шестого вечера на пересечение улиц Ново-Садовой и Лейтенанта Шмидта начал стекаться народ. Спускались вниз, к Волге, к тому месту, где вчера нашли тела пропавших в ночь с 23 на 24 июля Алены Косаревой и Лизы Васиной.
За людьми неторопливо следовала полицейская машина.
- Разгонять нас приехали? – хмуро спрашивали люди.
- Нет, - смущенно отводили глаза в сторону стражи порядка. – От местных жителей поступил сигнал о большом скоплении народа, вот мы и приехали. Мы все понимаем. Бедные девочки.

Фото: Александра БУДАЕВА. Перейти в Фотобанк КП
Последняя фраза кочевала из уст в уста. Утирали слезы взрослые, дети непонимающее смотрели не две маленькие ямы в земле:
- Мама, а как они туда поместились? – спрашивает маленькая девочка, недоуменно глядя на фотографии, где изображены почти совсем взрослые девушки.
- Не знаю, – качает головой мать. – И надеюсь, что никогда не узнаю.
На пронизывающем ветру под тускло-свинцовым небом и траурным рокотом волн стоять неуютно. Люди складывали цветы и мягкие игрушки к фотографиям и горящим свечкам, предусмотрительно укрытым от стихии.
- Я с девочками был не знаком, – признается Максим. Алене и Лизе он принес с десяток алых роз. – Но я следил за этой историей в интернете, можно даже сказать, что переживал вместе со всеми. В какой-то момент, честно говоря, возникла мысль о том, что они уже мертвы, но глядя на то, с какой энергией и верой в лучшее искали девушек, я тоже поверил. Очень жаль, что нас всех постигло разочарование.
- Эх, девчонки, что ж вы с родителями-то делаете, – с трудом сдерживает слезы Наталья. – У меня самой взрослый сын. Так что я знаю: очень хочется своих детей защитить от всех опасностей. Но чем старше они становятся, тем они более самостоятельные.

Фото: Александра БУДАЕВА. Перейти в Фотобанк КП
Глядя на место бывшего захоронения Лизы и Алены, каждый невольно задумывался о причинах произошедшего. Имя предполагаемого убийцы, Михаила, всплывало постоянно.
- Его надо на площади Куйбышева поставить и пусть каждый желающий сделает ему то же, что и он этим девочкам, - говорили они.
- Только электрический стул! – уверенно говорили другие. – Надо отменить мораторий. Пусть будет смертная казнь.
Впрочем, дальше отвлеченных рассуждений дело не прошло. Люди некоторое время стояли и смотрели на место преступлений, которое превратилось в место скорби и памяти, после чего расходились.

Фото: Александра БУДАЕВА. Перейти в Фотобанк КП
Всего часа за полтора сюда пришло около сотни человек, причем большинство из них лично погибших девушек не знало. К семи часам вечера большинство народу разошлось, но до самой ночи люди по несколько человек приходили с цветами туда, где две недели пролежали тела девушек, которых искал весь город.