Общество7 декабря 2016 14:53

Самарский ветеран Анастасия Федоровна Кабанова: "Забыть невозможно, а вспоминать страшно…"

«Комсомольская правда» продолжает рассказывать о самарских ветеранах Великой Отечественной войны в рамках проекта «Военная летопись губернии»
Самой дорогой наградой Анастасия Федоровна считает значок ветерана 69-й Армии.

Самой дорогой наградой Анастасия Федоровна считает значок ветерана 69-й Армии.

Фото: Личный архив

«…Как началась война - мы сразу повзрослели,

Не по размеру сапоги кирзовые надели,

Сменили платья на шинель и в строй единый встали,

И нас с мужчиной наравне солдатами считали.

А медицинская сестра, ползя по полю боя,

Сама - как воробей, но выносила из огня бойца

И вновь на помощь шла с котомкой полевой…» - говорить о Великой Отечественной Анастасии Федоровне Кабановой тяжело, поэтому сначала она немного почитала авторские стихи, которые тоже о войне. Более «веселые» обещала прочитать на своем 95-летнем юбилее, который совсем не за горами - 23 декабря этого года.

«Теть Маруся! Война!»

Родилась Анастасия Федоровна в селе Канаевка Безенчукского района Куйбышевской области. Воспоминания о детских годах далекие, но теплые: дружная семья, деревенская работа, помощь родителям. Жили очень скромно, но в уважении и любви. В 1938 году окончила семилетку и уехала учиться в Куйбышев. В Куйбышеве девушка поступила в фельдшерскую школу (сейчас это Самарский медицинский колледж им. Н. Ляпиной). Возможно, и остались бы у Анастасии Федоровны более яркие воспоминания о детских, юношеских годах, годах учебы, но вытеснила их страшная, горькая, кровопролитная Великая Отечественная война. 22 июня 1941 года девушка сломя голову вбежала в дом к тетке: «Теть Маруся! Война!»

… Сложно себе представить с каким чувством, глотая слезы, вручали преподаватели фельдшерской школы свидетельства об окончании совсем еще юным, но ставшими квалифицированными специалистами - медицинскими сестрами - девочкам. Все понимали, что на «сестричек» ляжет тяжелейшая ноша войны, ведь они шагнули в войну не с одномесячными медицинскими курсами, а полноценно отучились, прошли практику и в инфекционных, и в хирургических отделениях. Так что «выпускной» 28 июня 1941 года получился со «слезами на глазах».

7 июля 1941 года хрупкая Настя приступила к работе в городе Ардатово помощником санитарного врача при санэпидемстанции.

7 июля 1941 года хрупкая Настя приступила к работе в городе Ардатово помощником санитарного врача при санэпидемстанции.

Фото: Личный архив

Что-то ели, как-то спали…

Комсомолки, все как одна, были готовы уйти на фронт, но неожиданно их отправили по «распределению» в различные точки нашей страны. Так, уже 7 июля 194 года молоденькая, хрупкая Настя приступила к работе в городе Ардатово (Мордовия) помощником санитарного врача при санэпидемстанции. Совсем ненадолго, уже 1 сентября Анастасия Федоровна стала военной медсестрой в Красной армии и приступила к обязанностям хирургической медицинской сестры тылового эвакогоспиталя №3054. Эвакогоспиталь. Слово для современных молодых людей мудреное. Но это страшное слово, состоящее из боли, стонов, слез, надежд, бессонных ночей медперсонала и борьбы за жизнь каждого, попавшего в него. С передовых, где проходила первичная медицинская «сортировка» и санитарная обработка раненых, эвакуировали в такие эвакуационные госпитали. С 1941-го по 1945 годы было сформировано более 6000 эвакуационных госпиталей. Размещались они часто в школах, домах отдыха. Вот в таком эвакогоспитале и началась для Анастасии Федоровны ее война. Услышав простые вопросы: «А было ли свободное время? Какие были бытовые условия? Чем кормили медицинский персонал?» - Анастасия Федоровна надолго задумывается и прикрывает глаза. Потом взволнованно вытирает слезы:

- Наверное, неважно это было для нас, раз не помню точно. Что-то ели, как-то спали. Помню, что раненых везли и днем, и ночью. Из операционных сутками не выходили, там в обморок и хирурги, и сестрички падали. Помню, кровь сдавали для раненых постоянно. Помню перевязки - смерти подобные для тяжелораненых, молоденьких солдат-калек помню. У меня тогда отец и брат на фронте воевали. Так смотрю на кого постарше из раненых - отец перед глазами, кто помладше - брат. Помню крики отчаявшихся без конечностей солдатиков, как умоляли их убить. Знала ли я тогда, что это только начало для меня было, и что потом тыловой госпиталь буду вспоминать как «спокойное место»…

Плечом к плечу с бойцами до самой Победы

Примерно через год из-за отдаленности эвакогоспиталя от линии фронта было принято решение его расформировать. Анастасия Федоровна говорит, что в годы войны много «непонятных» решений было принято. После расформирования эвакогоспиталя медицинский военнообязанный персонал должен был по домам разъехаться. А спорить-то не с кем было, так Анастасия Федоровна попала опять в Куйбышев, жила у тетки, работать начала в больнице. Сейчас она считает, что это судьба дала передышку ей небольшую, на несколько месяцев. А в начале 1943-го, при формировании в Куйбышеве группы Отдельной роты медицинского усиления (ОРМУ) Анастасия Федоровна была приписана старшей хирургической сестрой. В состав таких групп ОРМУ входили отдельные группы опытных хирургов, в каждой - два врача (старший и его помощник), три медсестры - две перевязочных и одна операционная и два санитара. Обычно две такие группы имели одну грузовую машину-трехтонку с постоянным шофёром, который и перевозил всех в назначенное место, где нужна была их помощь при большом количестве раненых…

Эшелоны тронулись со станции Безымянка к линии фронта. Через несколько дней уже все шептались, что везут всех в Харьков, потом будут расформировывать и уже приписывать к месту службы.

- Бомбить эшелон стали уже через несколько дней пути. Девчонки-комсомолки молились. Кто как умел. Даже те, кто в Бога не верил, шептали мольбы во спасение. Было очень страшно. Нервы еще в пути не выдерживали, а что дальше нас ждет, мы себе и представить не могли,- вздыхает Анастасия Федоровна.

Приписали нашу «сестричку» к ОРМУ 69-й Армии, которую за месяц до ее приезда сформировали.

- Вот моя самая дорогая награда, - Анастасия Федоровна протягивает значок ветерана 69-й Армии. - Дороже нет ни медали, ни ордена…

С того самого момента прошла старшая операционная сестра, а потом и лейтенант медицинской службы, военный фельдшер, плечом к плечу с бойцами весь кровавый путь до самой Победы. Кровавый совсем не в переносном смысле.

Жить, герой, жить!

В 69-ю Армию с 1943 года входили: 161-я, 180-я, 270-я стрелковые дивизии, 1-я истребительная дивизия, 37-я стрелковая и 173-я танковая бригады, артиллерийские и другие части. Бойцы армии участвовали в Харьковской наступательной операции, Курской оборонительной операции, в Белгород-Харьковской стратегической операции, в битве за Днепр. В апреле 1944-го армия была включена в состав 2-го Белорусского фронта и вела оборонительные бои на реке Турья, затем была Люблин-Брестская операция. А далее Варшаво-Познаньская операция, освобождение городов Радом, Томашов, Лодзь, Познань, Мезеритц и др. В Берлинской стратегической операции ар­мия наступала с Кюстринского плацдар­ма, обеспечивая действия ударной группировки фронта с юга, участвовала в ликвидации группировки противника, окруженной юго-восточнее Берлина. К концу операции вышла к Эльбе в рай­оне Магдебурга.

Что означала эта «сухая» хронология для нашей героини? «Господи, да когда же закончится эта война?! Терпи, миленький, терпи! Я не умру. Еще три операции и можно будет поспать полчаса! Мы его спасли! Шансов нет… Будем делать все возможное! Спи спокойно. Жить, герой, жить!» - обрывки фраз из уст Анастасии Федоровны, как оборванная кинолента. Говорить ей тяжело:

- Я не знаю, как мы выжили. Молодые, видимо, были. Откуда силы брались, и моральные и физические, тоже не знаю. На Курской дуге сколько раненых вынесли на себе, вспомнить страшно. Ползешь от воронки до воронки, кому глаза закроешь, кого перевяжешь, кого на себе волочишь, а человек без сознания, кажется, тонну весит… Сама трясешься вся, силы вроде тебя уже совсем оставили, а сама в землю, в снег вжимаешься, но ползешь, зубы стиснув. А по тебе еще и стреляют единичными. Не знаю, как другие, а мы, девчонки, тогда от страха-то и выжили. Запомнился мне летчик один, сгоревший почти, но живой, даже в сознании. Сейчас и в кино такого не увидишь, а мы его обмундирование сгоревшее, вместе с его кожей снимали. Он в сознании был. У нас ком в горле, сердце заходится, из последних сил держимся, чтобы не разрыдаться, не представить даже, какие муки адские испытывал, а он слабым голосом нам: «Давайте, красавицы, спасайте, мне еще жить надо, мне еще воевать надо, выживу - женюсь на любой из вас!..»

После войны пять лет в шинелях ходили

В самый долгожданный день, День Победы, когда вокруг все стреляли и кричали от радости, Анастасия Федоровна лишь плакала от счастья, а в голове одна фраза крутилась: «Господи, неужели все закончилось?..»

А в сентябре 1945-го началась для лейтенанта медицинской службы новая, мирная жизнь. Вернулась она в Куйбышев. Повстречала парнишку Семена Кабанова, с которым еще до войны студенткой познакомилась. Он был немного младше, но вернулся с войны возмужавшим мужчиной. Поженились. «Золотых рыбок ни у кого не было, многое пережили. Мы после войны пять лет в шинелях ходили», - грустно улыбается Анастасия Федоровна.

Анастасия Федоровна вспоминает, что пошла учиться на медицинскую сестру, потому что детишек очень лечить хотела. Ее мечта исполнилась. После окончания войны до самого выхода на пенсию она проработала сначала патронажной сестрой, а потом в детском отделении Куйбышевской психиатрической больницы: « Я очень детей люблю, никогда никого ничем не обидела, мне жаль их всех было, ко всем подход искала, быстро понимала, с кем чуть построже надо, с кем только уговорами и лаской. На войне особые отношения между людьми были, очень берегли друг друга, у нас, по крайней мере, так вот я так всю оставшуюся жизнь и проработала».

…Я на работу шла с охотой,

лечила я больных детей:

Лекарством, ласкою, заботой

Не счесть бессонных тех ночей…

После выхода на пенсию Анастасия Федоровна не смогла сидеть дома, еще 10 лет в санатории «Волжские зори» проработала, с внуками успевала управляться, стихи писать, да еще на репетиции академического хора ветеранов бегать.

Анастасия Федоровна утверждает, что секретов долголетия нет и никогда не будет. «Только работа, только дела, на отдых - ночь темная, а с утра раннего опять работа».

В конце встречи Анастасия Федоровна все-таки показала свои награды: Орден Отечественной войны II степени, знак доблести и отваги, медаль за Победу над Германией, медаль Жукова и множество юбилейных медалей. Проведя по ним руками, лейтенант медицинской службы Кабанова тихо добавила: «Забыть невозможно, а вспоминать страшно, живите в мире…»