Звёзды Давида, загадочные маски и дом, где жил Николай Романов: какие тайны скрывает самарский Арбат

Эта оживленная улица хранит много тайн

Фото: Светлана МАКОВЕЕВА. Перейти в Фотобанк КП

Ленинградская улица — главная достопримечательность Самары. Красивые здания фасадов, которые переносят нас в прошлые века, уличные музыканты, картинные галереи Самарских художников, прогулка по «Ленинградке» раскрывает душу Старой Самары. А ведь ранее она так не была названа, у пешеходной зоны были разные названия от Проломной, когда более двух столетий назад на этом месте была окраина города и проходил большой ров, до Сенной, Хлебной, Панской и Петроградской. Старый Арбат является не только торговой улицей, но и местом интересных историй и тайн.

Ленинградская улица-дом Николая Константиновича Романова.

В доме № 20 на Ленинградской проживал князь Николай Константинович Романов. Из воспоминаний губернатора А.Д.Свербеева: «Узнав в Петербурге о том, что великий князь Николай Константинович, с высочайшего позволения, только что поселился в Самаре, я представился министру двора, графу А.В.Адлербергу для получения от него прямых указаний, какие должны быть мои отношения к великому князю. Граф сказал мне, что когда я буду представляться великому князю в Самаре, то должен надеть фрак и белый галстук, и отнюдь не представляться ему в мундире (что обязательно требуется при аудиенциях у великих князей), так как великий князь уволен государем в отставку, и я потому должен избегать с ним всяких официальных сношений».

В доме №20 на Ленинградской проживал князь Николай Константинович Романов. Фото: Самарский архив

11 января 1879 года новый самарский губернатор А.Д.Свербеев побывал у него с визитом: «В три часа был у Великого Князя Николая Константиновича. Высокий молодой мужчина с окладистой русой бородой, с редкими волосами на голове встретил меня в своей восточной гостиной, обвешанной коврами и прелестными картинами (славный портрет Петра Великого современного писания с натуры, Кабинетное Совещание при Бироне, где Волынский резко воодушевляется, а Бирон подслушивает, кисти Якоби и картина Ге «Петр и Царевич Алексей») и у нас пошел разговор о картинах, о Хивинском походе, о Средней Азии, о моем знакомстве с Великой Княгиней Верой Константиновной и ее покойным мужем герцогом Евгением. Умно разговаривает Великий Князь, как будто меня конфузится немного, но оставляет хорошее впечатление. Я был во фраке со звездою и белым галстуком совершенно неофициально, через полчаса встал и раскланялся, он проводил до входа с лестницы. Думаю, наши отношения будут любезны, но не близки, так и лучше. Графа Ростовцева еще не видал».

У Николая Романова была любовь всей жизни, он назначал ей свидание в Самаре. В первую ночь их знакомства Николай взял с Фанни расписку, где проскакивают тонкие нотки юмора:

«Клянусь всем, что есть для меня священнейшего в мире, никогда нигде и ни с кем не говорить и не видеться без дозволения моего августейшего повелителя. Обязуюсь верно, как благородная американка, соблюдать это клятвенное обещание и объявляю себя душою и телом рабою русского великого князя. Фанни Лир»

Отношения Николая Константиновича с танцовщицей Фанни Лир развивался очень стремительно. Настоящее имя американской танцовщицы и актрисы Harriet Blackford. Николая отправляли на войну, пытаясь вылечить его «больную любовь», но Фанни Лир ехала в Самару и ждала с ним встречи.

В «Самарских губернских известиях», между тем, писали: «5-го июля в 9.30 часов вечера Его Императорское Высочество Великий Князь Николай Константинович на возвратном пути из Хивы изволил прибыть в г. Самару и остановиться в доме дворянства».

«Самара, 6 июля 1873 г. Наконец, после пятимесячной разлуки, я увижу тебя. Не верю своему счастью, но у меня в руках твои письма, убеждающие, что это не грезы. Мне казалось, что я похоронен и все кончено, и вот я возвращаюсь к жизни… Ты была права: я стал более человеком, а ты, конечно, более женщиной, чем прежде. Если даже хивинская экспедиция не разлучила нас, то все другие средства будут бессильны… Еще несколько минут, и я раздавлю тебя в моих объятиях», - пишет Николай возлюбленной.

Их роман не заканчивался, его обсуждал весь столичный свет. Николай Константинович и Фанни Лир даже хотели повенчаться.

Николай рассказывал: «Став совершеннолетним, я почувствовал, что у меня нет семьи; Мраморный дворец стал мне ненавистен, и я решил искать семьи в другом месте... Я искал подругу между всеми женщинами Петербурга и, только встретив на своем пути прекрасную, остроумную и, что важнее всего, дорожившую мною блондинку Фанни Лир, сказал себе: "Свершилось, мой home найден..." Я так боюсь потерять тебя, что схожу с ума»…».

Фанни Лир была загадочной и интересной блондинкой, встречу с Николаем она описывала следующим образом: «Передо мною был молодой человек ростом немного более 6 футов, прекрасно сложенный, широкоплечий, с гибким и тонким станом. У него были зеленоватые глаза, которые смотрели насмешливо и недоверчиво и, как я узнала потом, во время гнева сверкавшие, как угли; они становились лучезарными в моменты радости. Взгляд этих глаз, то острый и умный, то мечтательный, проникал до глубины души и заставлял говорить правду…»

«Если бы женщины были свободнее, было бы меньше таких, как я; но жизнь моя - не преступление. Я предпочла свободу тюрьме в стенах добродетели и приличия. За это свет меня осуждает и презирает, а я борюсь с ним и… пренебрегаю его мнениями…», - так отзывалась о себе возлюбленная Николая Константиновича.

Пиня Гофман — блаженный Ленинградской улицы или английски шпион

Пинхас Гофман жил в синагоге на Чапаевской улицей и кормился от небольшой самарской религиозной общины в 40-60х годах. Он носил широкое тёмное изношенное пальто или плащ, в тёмной бесформенной шапке, с палкой в руке, а его карманы были всегда наполнены чем-то тяжелым. Пиня обращал внимание на симпатичных женщин и посвистывал им в след, а иногда даже забегал вперед и посвистывал в лицо.

Пинхас Гофман жил в синагоге на Чапаевской улицей и кормился от небольшой самарской религиозной общины в 40-60х годах

«У него был свисток и он следил за порядком на Ленинградской, если, кто переходит дорогу не в том месте или на красный, то он свистит и сильно пугает.» - рассказывает жительница Самары о юродивом.

Было время, когда Пиня пропадал, кто-то волновался, а кто-то даже думал, что любимец самарцев шпион.

«Пиня - вовсе не Пиня, а английский шпион, что у себя дома ходит исключительно в шелковых рубашках, свидетели были, но они боялись... Кто-то верил, боялися и верил. В те времена люди могли верить в подобные легенды»,-фантазировали самарцы.

Говорят, Пиня болел дизентерией и лежал в инфекционной больнице. Но кто знает, вдруг он на самом деле был шпионом? Шпион — не шпион, но добрым человеком точно был, он вселял радость в людей и дарил им улыбки.

Единственное фото Пини Гофмана, сделанное В. Ельцом

Звезды Давида на фасаде дома А. Ф. Нуйчева. Ленинградская, 45

Был в Самаре самый загадочный зодчий - Михаил Квятковский, никто не знает как его точно звали, разные краеведы предоставляют свои версии его отчества. Портрета архитектора также нигде нет, лишь информация, что в 1919 году он сидел в Самарской тюрьме. Если исследовать здание, то можно увидеть звёзды Давида внутри и на фасаде дома. По словам Павла Попова, Алексей Нуйчев был иудейского вероисповедания и этот символ на его доме вполне логичен.

Если исследовать здание, то можно увидеть звёзды Давида внутри и на фасаде дома

Фото: Анастасия ЛЕСОВАЯ. Перейти в Фотобанк КП

На фасадах итальянских католических храмов можно увидеть шестиконечную звезду Давида. Она считается еврейским символом, но так было не всегда — символ, также известный как печать Соломона. Звезда встречалась в книгах по магии и на домах средневековых мистиков и алхимиков, т.к. считается, что Соломон повелевал духами.

Живые маски на Ленинградской от Клауса

На Ленинградской улице можно увидеть необычные маски

Фото: Анастасия ЛЕСОВАЯ. Перейти в Фотобанк КП

На Ленинградской улице можно увидеть необычные маски. Они выглядят таинственно и привлекают внимание. Есть версия, что маскароны используют для отпугивания духов, получается, что на Ленинградской распространена символика против потусторонних сил. Автором работ является стрит-артист Клаус, он делает маски с самыми разными репликами лица. Клаус видит в масках особенную философию. У стрит-артиста есть принцип: «Когда художник создаёт произведение, он забывает о нём». Сделал и забыл. Жизнь продолжается. Маски привлекают внимание не только к себе, но и к деталям архитектуры.

На Ленинградской улице можно увидеть необычные маски

Фото: Анастасия ЛЕСОВАЯ. Перейти в Фотобанк КП

На Ленинградской улице можно увидеть необычные маски

Фото: Анастасия ЛЕСОВАЯ. Перейти в Фотобанк КП