Премия Рунета-2020
Самара
-6°
Boom metrics
Общество23 января 2023 14:03

«Когда ребята без ног съезжают с горы - это невероятные эмоции»: в Самаре парасноубордисты учатся кататься на примере гусениц

Тренер сборной Самарской области по парасноуборду рассказал, как Дмитрий Азаров подарил им многомиллионные протезы
Дмитрий Волобоев (в центре) продвигает парасноуборд в Самарской области. Фото: Дмитрий Волобоев

Дмитрий Волобоев (в центре) продвигает парасноуборд в Самарской области. Фото: Дмитрий Волобоев

Самарская область - прекрасное место для занятий спортом. И делать это здесь может каждый. Эксперт регионального отделения ОНФ и старший тренер сборной губернии по Паралимпийскому сноуборду Дмитрий Волобоев побывал в гостях в программе «Фан-зона» на радио «КП-Самара» и рассказал, как параспортсмены становятся чемпионами, поделился историей о неожиданном подарке от Дмитрия Азарова и вспомнил, как учил детей кататься на доске на примере гусениц

- Вы по образованию строитель, занимаетесь этим делом много лет. Как сноуборд вошел в вашу жизнь?

- Все верно, по образованию я профессиональный строитель. Однажды устроился на обычную стройку мастером и понеслось. Сейчас занимаюсь реставрацией, решаю сложные технические вопросы.

До строительства я активно катался, но после рождения дочки перестал. Знаете, как это бывает - у нас рождаются дети, мы погружаемся в них, в какой-то момент я понял, что теряю свое увлечение. Мне показалось это неправильным, и я решил вернуть в свою жизнь сноуборд: поступил на курс Национальной лиги инструкторов. Это было профессиональное обучение по горным лыжам и сноуборду.

- Когда вы начали этим заниматься?

- В 2003 году, мне было 30 лет. В нулевых годах сноубординг только-только начал свой путь в России. Первый раз узнал об этом виде спорта по телевизору из программы про экстрим. Вообще я вырос в поселке Новосемейкино, и в детстве мы катались с горок - сидя, лежа, как угодно. Я вспоминаю, как в 2008 году я сделал свой первый сноуборд. Этот адреналин как будто заложен в нас с детства - горка, ледянка. Все это привело меня в школу классического сноубординга, а через 15 лет я поступил на курсы инструкторов и стал инструктором международного уровня начальной подготовки, то есть специалистом, способным научить кататься взрослого человека и ребенка с нуля.

- Не было сложностей в катании после такой длительной паузы?

- Так я катался. Повторюсь - когда в жизни происходит что-то действительно важное, ты забываешь про свои увлечения, но время от времени я катался.

- Как сноуборд сочетается с общественной деятельностью - одно другому не мешает?

- Общественная деятельность помогает и пересекается с инструкторской карьерой полностью. Ты любишь свою профессию и ты знаешь, как сделать жизнь в своем городе и в своей стране лучше, ты понимаешь, что пришло время не только брать от жизни, но еще и отдавать.

- Вы работаете с людьми с ограниченными возможностями здоровья. Зачем вам это нужно и как вообще решили этим заняться?

- После окончания курсов инструкторов я начал работать с людьми. Я увлекался и увлекаюсь психологией, и это очень помогает в работе, потому что ты начинаешь искать ключи к людям, к их страхам, к их возможностям. Ищешь подходы, начинаешь работать с детьми. Это меня привело к пониманию того, что нужно работать через психологию. Когда ребята без ног заезжают на гору и съезжают с нее, как на ледянке, они получают эмоции. Видеть, как у них загораются глаза - дорогого стоит.

- Людям, которые пережили трагедию, очень важно почувствовать себя победителями. Как вы переживаете такие моменты, как тренер?

- Начну с небольшой истории. После инструкторских курсов я сразу начал работать с детьми. С ними ты сам радуешься, как ребенок, и тебе интересно, ты ищешь подход через мультики, мысли, формы, все что угодно. Я работал с одной 5-ти летней девочкой, обучал ее на примере какого-то мультфильма про гусениц. И девочка спрашивает: “Интересно, а как бы гусеница каталась на сноуборде? У нее же нет ног!”

У меня эта фраза засела в голове. Я подумал - а как же катаются люди с ограниченными возможностями. Начал изучать вопрос, погрузился и меня затянуло.

Мне очень нравится делиться счастьем, которое испытываешь стоя на сноуборде, с людьми: с детьми и взрослыми, и мне хотелось поделиться им, поделиться этой свободой и с людьми с ограниченными возможностями здоровья.

- Насколько работа с людьми с ограниченными возможностями отличается от работы с теми, у кого таких проблем нет?

- Отличается полностью, но в то же время все похоже. Надо понимать биомеханику в сноуборде, перемещение веса, но с поправкой на то, что человек, например, не может вывернуть второе колено, потому что его нету просто. И методом проб и ошибок начинаешь сам искать.

- Сколько параспортсменов у вас занимается и сколько вообще спортсменов у нас в сборной Самарской области?

- Скажу сразу - почти никакой поддержки министерства нам не выделяют, все делаем за собственные средства. Мы выделяем свое время, где-то доски просим, где-то еще что-то. Есть Сергей Новиков, с которого все началось. Есть Константин Ганечкин - он мастер спорта по параплаванию, вдобавок. У него нет руки и ноги. Мы за свой счет съездили на Кубок России, и Сергей там занял второе место. Это дало возможность оформить ему разряд. Это помогло сдвинуть парасноуборд в регионе с мертвой точки, мы официально создали первую паралимпийскую сборную по сноуборду в нашем регионе. Сборная у нас небольшая - два тренера и два спортсмена. В очереди стоит порядка 10-ти человек, у которых нет рук или ног: и парни, и девушки.

- Как люди с ограниченными возможностями обращаются к вам? Может быть, через соцсети или через ОНФ?

- Самый простой способ - в социальных сетях. Я во всех мессенджерах отвечаю без проблем.

- Расскажите про паралимпийские горные лыжи. Как этот вид спорта развит у нас?

- Такая тема есть в России, но в Самарской области она никак не развита и никогда не озвучивалась. Здесь ребята без рук и ног тоже могут кататься. Есть очень тяжелые виды ампутаций, когда отрезают ногу выше колена. В таких случаях не получится поставить протез. И я нашел интересный кейс. Увидел как в США военный с ампутированными ногами, который спокойно катается. И я понял, что нужно делать. Необходимо разработать определенное крепление, и человек поедет. Но на разработку нужны определенные ресурсы, которых не хватает. Есть монолыжи специально для тех, кто прикован к коляске навсегда. Представляете, человек никогда бы не подумал, что он, будучи прикованным к коляске, поедет с горы на огромной скорости!

- Как обстоят дела с поддержкой парасноуборда в Самарской области? Наверняка, бывают проблемы с инвентарем для спортсменов?

- Самая важная и самая дорогая часть в этом спорте - протезы. Причем специальные спортивные, а не бытовые - их просто сломаешь и все. Есть импортные разработки. Нам дали напрокат на неделю один протез, мы начали на нем кататься - это просто небо и земля по сравнению с тем, что у нас было. Мы начали говорить об этом в соцсетях, и нам дают его еще на недельку, потом начался карантин, и нам оставили его на все лето. Ребята с этим протезом ездили на вейкборде по воде. Самарская область заняла первое место, взяла золото! Были медали и на Кубке России!

Многие люди, которые лежали в больницах со страшными травмами после ДТП, увидели наших успехи, стали выходить на меня, на Сергея, чтобы найти себя в жизни, добиться успехов в спорте. У нас начинается чемпионат России, и в этот момент нам пишет департамент, мол, возвращайте наш протез. Не вовремя, правда? У нас все срывается. Тогда мы написали обращение губернатору, мол, медали, мотивация, прославляем регион на соревнованиях, но протезы потянуть не можем - один только стоит полтора миллиона рублей, а у нас два спортсмена. На следующий день приходит ответ, меня вызывают в Белый дом, чтобы все это оформить. Мы встретились с Дмитрием Азаровым, все основательно и хорошо обсудили, он с пониманием отнесся к ситуация, за что ему большое спасибо. Составили смету, заключили контракт, и нам благодаря губернатору сделали новые шикарные протезы и передали через общество инвалидов. Это нас вытянуло, иначе мы заглохли бы совсем.

Но еще много работы. У нас, к сожалению, нигде нет отделения по адаптивным лыжам, негде ребятам это попробовать, плюс я подхватываю тему про людей с интеллектуальными нарушениями - а это тоже потенциал. Мы можем продвигать нашу область через адаптивный спорт. Главное, чтобы были возможности.

- В своем письме Дмитрию Азарову вы писали, что хотели бы открыть новую горнолыжную базу для людей с ограниченными возможностями здоровья на базе «Волжского утеса». Расскажите об этом поподробней.

- Это прекрасное место, где есть все возможности для организации занятий горнолыжным спортом. Там великолепные горы. Но есть загвоздка, участок находится в федеральной собственности. На сказали, что там нельзя будет организовать наш центр. Но это самарская земля - мы будем продолжать искать варианты и надеемся, что получим результат. Об этом мы просим и губернатор.

В целом же, у нас в региона есть одна центральная горнолыжная площадка - центральный комплекс «СОК» , но она коммерческая. Чтобы прогресс был, нужно сделать так, чтобы социальный блок тоже был погружен в эту тему, в ее развитие, нужна поддержка. У нас есть небольшие центры в Тольятти, в Царевщине, но нужно больше. Нужно искать ходы, может быть, инвесторы появятся. Не хватает активного внимания региона.