«Войну, как материнство, понять можно лишь пережив»: поэтесса из Донбасса Анна Ревякина – о рождении стихов и любви России

Анна Ревякина во время выступления в Самаре.

Фото: Светлана МАКОВЕЕВА. Перейти в Фотобанк КП

Донбасская поэтесса Анна Ревякина приехала в Самару, чтобы принять участие в форуме «Сообщество». Во время мероприятия корреспондент «КП-Самара» пообщалась с поэтессой и расспросила о рождении стихов, поэтах-солдатах и России.

До войны была любовь

- Когда война пришла в мой дом, я уже не была юной девушкой. Моя первая книга «Сердце» вышла в 2011 году и, безусловно, это были лирические стихи. К началу боевых действий на Донбассе мне уже было 30 лет, я была кандидатом наук, многое успела написать, участвовала во литературных форумах, помогала молодым поэтам, - рассказывает корреспонденту «КП-Самара» поэтесса Анна Ревякина. - 22-ым июня для дончан стало 26 мая 2014 года – это день, когда к нам пришла война. Но мои первые тексты о войне появились гораздо раньше. До «точки невозврата» был майдан в Киеве и, конечно, я писала и об этом тоже. Примерно тогда у меня родилось «Обращение к украинскому солдату», потому что началась АТО, уже было ощущение, что придут усмирять и убивать. Я писала, что не надо этого делать, не надо отдавать свою единственную жизнь ради жестокой цели, погибать, отбирая жизни наших стариков и детей.

Никто ничего не читал в Киеве, конечно. На той стороне книги принято не читать, а жечь. Моя «Шахтерская дочь» вышла в 2016 году и вскоре какие-то юнцы украинские прислали мне видео, как они жгут у себя дома мою книжку. Еще комментировали, что она завоняла им всю комнату. Я тогда подумала: «И то хорошо!»

Позывной Поэт

- Огромное число текстов я посвящаю русскому солдату, но это принципиально другие тексты: в каждой строчке - поклон герою за то, что он защищает наш город. Но я не только поэт, у меня есть культуртрегерская миссия, я - собиратель антологий.

Так, я помогала великому поэту-верлибристу армянского происхождения Карену Джангирову, который последние 30 лет прожил в Канаде, где словом и делом противостоял антирусской пропаганде.

В 2019 году он собрал антологию, которая называлась «МЫ. Донбасс – точка сборки». Для этого сборника я предлагала стихи наших поэтов и фотографии донбасского горя, за которые его морально истерзали местные полицаи.

В конце прошлого года я собрала еще одну антологию - «Великий Блокпост». Это стихи 45 авторов, среди которых 37 – гражданских, написанных за 9 лет сопротивления.

По книге можно понять, как менялись настроения на Донбассе, что происходило 2014-2015 годах, какое было воодушевление, связанное с Крымом, как тогда мы верили, что и мы также вскоре войдем в состав России, потом был застой, череда перемирий, которые мы называли по-своему: «Школьное», «Хлебное» и тд.

К книге есть раздел «Предчувствие войны», где я собрала тексты авторов, которые писали о войне до 2014 года. Поразительно, но некоторые написаны в 80-ые годы ХХ века!

Еще есть раздел «Позывной «Поэт», там собраны тексты ребят, которые воюют и пишут стихи. На самом деле среди восьмерых поэтов, чьи стихи есть в книге, нет никого с таким позывным. Но я знаю, что обычно на передовой ребят, которые пишут стихи, называют или «Поэт» или «Пушкин». Но вот Григорию Егоркину из Челябинска, чьи стихи я хотела бы отметить отдельно, и который умеет как-то легко и даже светло писать о страшных вещах, достался позывной «Сид».

Понятно, что еще будут антологии фронтовой поэзии, и наверное, более крупные, чем удалось собрать мне. Потом, когда все будет позади, мы, наверное, сможем все проанализировать и понять, почему то, что позже становится образцом литературы - это как правило не то, что зачитывают до дыр в окопах. Все помнят видео солдата, который буквально спас себя стихами, я бы назвала его даже рэпом. Это было потрясающе, необыкновенно волнительно, но именно на видео. Не всегда такие примеры гармонично переносятся на бумагу.

Войну, как материнство, не понять, не пережив лично

- Ранит ли меня, других дончан и воинов вид мирной жизни в России? Я здравомыслящий человек и я понимаю, что пока война не пришла в ваш дом, вы ее ужаса до конца не поймете. Так материнство нельзя понять исключительно по описаниям из книг или рассказов, пусть даже самых талантливых, пока его не переживешь. Два разных опыта: один - собственный и другой - приобретаемый никогда друг с другом не сравнится.

Моя бабушка, 1925 года рождения, всегда говорила: «Лишь бы не было войны» и в ее доме за праздничным столом всегда поднимали бокалы «За мир!», но для меня все это было непонятной формальностью, пока война не стала моим личным опытом. Так получилось, что нам выпала судьба понять, что мир - не константа, мир — это «старая хрупкая ваза на шкафу у родителей», как сказал один наш известный блогер.

Что касается россиян, мы испытываем благодарность ним, потому что знаем, что Россия сейчас сплотилась и стала «бронетанковым кулаком».

С другой стороны, Россия — это мягкая материнская ладошка, которая дает заботу и тепло.

Белый КамАЗ, который мы сегодня отправили из Самары, — один из бесконечной череды таких машин, которые шли и идут бесконечным потоком на мою Родину.

Он уже символ для Донбасса и каждый раз, когда идет колонна, водители приветствуют его сигналами на всем протяжении пути со стороны Ростова-на-Дону, — это воспоминание вызывает слезы на глазах Анны Ревякиной, -

знаю, что у каждого русского человека есть чувство, что того, что делает – недостаточно. Но это совершенно нормально! Когда такое чувство пропадает - пора уходить из общественной деятельности.