«В Крутые Ключи и Южный город надо пускать трамваи и автобусы, а метро туда слишком дорого»: Виталий Стадников – о транспорте, застройке около Вертолетки и проблемах Самары

«Самара преобразилась во время чемпионата мира по футболу в 2018 году, но потом начался откат». Фото: Радио «КП-Самара».

Архитектор и урбанист, бывший главный архитектор Самары и экс-советник губернатора области Виталий Стадников в эфире программы «Гость в студии» рассказал о развитии городской инфраструктуры.

По словам эксперта, Самара преобразилась во время чемпионата мира по футболу в 2018 году, но потом начался откат и деградация. По его мнению, эта тенденция продолжается, но иногда возникают положительные моменты.

- Это касается общественных пространств – Вертолетка, Третьяковка, Сад баланса и ряд архитектурных памятников типа музея «Заварка». Но они не составляют общей системы, которая бы изменяла восприятие города, где человека можно провести и у него сложится впечатление. Пока турист едет из аэропорта или вокзала до центра, вокруг такой потрепанный индустриальный город. Но есть и достоинства, оставшиеся от советского периода. Это общественный транспорт, жилые микрорайоны. Таких моментов во многих городах, например, южной Европы нет. Но эти достоинства постепенно утрачиваются, это надо восстанавливать. Школы, детские сады, парки.

Без стратегии и плана

- Можно ли сформулировать, по какому принципу развивается Самара?

- Я принципов не вижу, так как они должны быть сформулированы стратегией. В 2013 году была стратегия развития Самары до 2025 года, которая сейчас отменена. Она была признана одной из лучших в стране, была направлена на улучшение качества жизни и развитие человеческого потенциала. Сейчас этой стратегии нет, как, впрочем, и любой другой.

- Ее нет потому что по ней никто не работал?

- По ней никто не работал и внимание на нее не обращал. Никаких мер не было реализовано.

- Что должно было появиться в Самаре, будь эта стратегия воплощена в жизнь?

- Создавалась возможность развития инфраструктуры для того, чтобы качество жизни привлекало людей из других регионов. Чтобы молодежь и специалисты приезжали и получали такие условия жизни, чтобы остаться здесь. Сейчас проблема Самары в том, что город теряет квалифицированные кадры, все уезжают в Казань, Петербург, Екатеринбург и Москву. Дефицит замещается кадрами, которые добавляют проблем городу.

Вот я архитектор, но я не работаю в Самаре, потому что на стройках здесь архитекторы на нужны. Урбанисты не нужны. Потому что строительные компании не обременены требованиями по качеству строительства, им не нужны креативные кадры. Нет потребности в людях размышляющих.

- С чего бы сейчас вы начали работать, чтобы отношение к городу изменилось?

- Проблема всех стратегий Самары в том, что они не ориентированы на человеческие потребности. Нужно развивать культуру, интеллектуальные способности и понимание человека, что он, как личность, представляет ценность. Человек – это не болт и не винт.

- У нас есть генеральный план города, где прописано, что где построить и отремонтировать. Почему это не работает?

- План не является документом, который обязательно требуется соблюдать. Поэтому он не работает вообще. Он был разработан в 2008 году. И никоим образом не стыкуется с правилами застройки. В нем нет ни единой мысли, которая бы отображала план исторического поселения, новых районов. К примеру, Крутые Ключи и Южный город никакого отражения в генеральном плане не имеют.

Высотки на Вертолетке

- Тогда как нам развивать Самару? Например, рядом с Вертолеткой собираются строит многоэтажные дома. Проект вынесен на публичные обсуждения.

- Знаю практику проведения конкурсов в Самаре и практику применения документов на деле. Даже если проект, который я видел, был бы с архитектурной точки зрения неплох, нет никаких гарантий, что он будет реализован как показано на картинке. А он достаточно спорный и вызывает много вопросов. Слишком высокие дома, слишком плотная постройка. Там вообще-то карстовые основания. Есть Вертолетка, рядом участок в девять гектаров. По договору там собираются построить 300 тысяч квадратных метров жилья высотой до 100 метров. Это 30 этажей. Сомневаюсь, что здесь можно столько вместить, учитывая нормы пожарной и другой безопасности. А где там школы, детские сады, парковки, общественный транспорт?

- История парка 60-летия Победы волнует жителей Самары. Люди хотели, чтобы территорию перевели в статус особо охраняемой, но мэрия не согласилась, объясняя, что тогда нельзя будет облагородить эту территорию. Это правда так?

- Нет, не правда. У нас есть масса московских примеров, где особо охраняемые природные территории – Лосиный остров, Воробьевы горы – используются как парки. В них проложены деревянные настилы, дорожки, места отдыха. Но там нет никаких капитальных конструкций. Экологический баланс не нарушен. Для этого нужны квалифицированные проектировщики, которых в Самаре никогда не привлекали. На самом деле такие пространства можно облагораживать и включать в систему общественных пространств.

Где зелень?

- Достаточно ли зеленых зон в Самаре?

- В территорию города включена акватория Волги, какие-то места за Волгой, в том числе парки и лесопарки. Но эти места не в зоне застройки. Если мы берем плотную городскую застройку от Алма-Атинской до стрелки Волги, то зеленых зон здесь явно не хватает. Парков мало, стадионов тоже, потому что за многие годы их застроили.

Нужно развивать автобусы и трамваи

- В Самаре хотят пустить трамвайные ветки в Южный город и по магистрали Центральная…

- Я думаю, что это хорошая идея. Это правильное решение, потому что метро там никогда не построят. Метро в данном случае абсолютно неадекватно по стоимости для нашего города. Его нужно довести до логичной точки, например, до станции «Театральная». Для того, чтобы метро дошло до «Кошелев-парка» или до Южного города, нужно ресурсов в 100 раз больше, чем на нынешнюю станцию, которую строят. Туда нужно пускать автобусы по выделенной полосе или трамваи. Это просто и адекватно, и большой поток людей сможет этим пользоваться.

История под снос

- Что вы думаете о концепции исторического поселения, которая должна защитить старинные дома от сноса. Например, начали сносить дом на Красноармейской, 11. Последнее, что я слышала, снос дома, который по закону сносить нельзя, оставили в покое?

- Этого дома больше нет. Его не стало позавчера, а снос начали две недели назад. Снос остановили представители губернатора. Но через неделю в правительстве собрали совещание, после которого дом снесли.

- Получается, что историческое поселение – это профанация?

- После того, как был принят список из 631 исторически ценного градоформирующего объекта, уже уничтожены дома на Фрунзе, 133. Это деревянно-каменный дом рядом с филармонией, который был в хорошем состоянии. При его сносе был поврежден ковшами памятник архитектуры на Фрунзе, 131. И за это никому ничего нет. Та же организация снесла здание на Красноармейской. Причем они утверждали, что происходит ручная разборка здания, а все делали ковшами и тракторами. Расценки на ручную работу на порядок выше, чем на механическую. Сейчас из 631 объекта, который глава региона Вячеслав Федорищев утвердил, 74 объекта стоят под снос в программе ветхих аварийных домов.