
Александр Марухов — участник спецоперации, педагог Центра детского творчества «Премьера», а еще — автор песни, в которой звучит боль утрат, память о павших и вера в живых. Первые строки его трека «Бой» родились накануне штурма одного из укрепрайонов под Донецком, а завершил ее Александр спустя полтора года, когда прошел реабилитацию после ранения. О том, как музыка поддерживает бойцов на передовой и чьи голоса в ней звучат, Александр рассказал «КП-Самара».
О песне «Бой»
Музыка всегда интересовала Александра Марухова. Он творческий человек, легко превращающий жизненные события во вдохновение. Но по-настоящему остро чувствовать жизнь, по словам Александра, он начал именно во время участия в СВО.

В юношеские годы служил в президентском полку. По военному билету — стрелок. В зоне СВО оказался по мобилизации и, как ни парадоксально, именно там начал сочинять музыку. Одна из его самых личных песен посвящена боевым товарищам. История ее создания по-настоящему пронзительна.
«Это было летом 2023 года. Я только учился писать музыку, в голове все звучало четко, но на деле получался только черновик. Текст пришел неожиданно. Первый куплет я написал минут за пятнадцать, перед тем, как мы поехали на штурм. Первым, кто услышал песню, был Андрей Щербаков — мой односельчанин и близкий друг. Уже, к сожалению, покойный. Именно он стал первым слушателем, еще до того, как песня оформилась окончательно. Помню, как Андрей удивился, что я смог такое написать. Особенно за такой короткий промежуток».
«Этой песней я говорю спасибо»
Куплет, рожденный на эмоциях, удивил друга и боевого товарища своей точностью и глубиной. Спустя год, когда в родной школе ребят прошло памятное мероприятие, посвященное в том числе погибшему Андрею, у Александра что-то снова оборвалось внутри. Тогда, вернувшись домой, он вновь сел за текст. Перед глазами встала та самая сцена: бой, миномет, первый прилет снаряда, который ранил бойца. Затем взорвавшийся над ним «дрон-камикадзе». Но главное — это ребята, его парни, которые вынесли товарища под огнем.

«Они выносили меня три часа, очень быстро. Некоторым раненым приходится ждать значительно дольше, чтобы их смогли безопасно эвакуировать с поля боя. Меня четверо несли, пятый прикрывал с автоматом. Каждый из них понимал, что может не вернуться. В этой песне я говорю им спасибо».
По словам Александра, финальные строки крутились у него в голове, как мантра: «Какою ценою дается Победа… тебе тот не скажет, кто точно там не был».
Припев в песне должен был быть совсем другим — почти случайным фрагментом. Но со временем именно он стал центром композиции: «Так давай с тобой вернемся в родимый сердцу район».
Позывные тех, кого уже нет
«Первый куплет — как будто о будущем: вот-вот мы пойдем на штурм. Второй уже из прошлого. Из тех историй, которые остались за спиной. Третий — это взрыв. Это уже не текст, а крик».

В песне слышатся голоса его боевых товарищей. Это реальные разговоры по рации.
«Периодически мы могли записывать эфиры, чтобы проводить работу над своими ошибками. Какие-то фрагменты легли в основу трека. К сожалению, некоторых моих боевых товарищей уже нет в живых. Я не смог найти подходящие по качеству записи голоса ребят, чтобы включить их в песню. Но их позывные — они все равно там звучат. Те, кто их знает, услышат. Песня посвящена именно моим ребятам — тем, кто был рядом. Это личная история, наша».
Песня «Бой» — это своего рода хроника. За каждым куплетом реальные события. За строчками — конкретные боевые задачи. Александр работал на Донецком и Луганском направлениях.
«Позывной мне дали мои ребята, его часто можно услышать в песне. Многое мог предсказать, благодаря своей чуйке. Где находится противник, куда идти не стоит, а откуда лучше отойти. Обычно в тех местах потом случались прилеты или оказывались мины. Я даже предчувствовал, как меня могут ранить».
Ранение оказалось не единственным испытанием, через которое Александру пришлось пройти. Осколки от «камикадзе», который взорвался рядом, врезались в правую руку и ногу.
Долгая реабилитация
После эвакуации путь до мирной жизни растянулся на несколько месяцев. Сначала была передислокации через четыре населенных пункта, потом — госпиталь в Петербурге. Лишь ближе к Новому году Александр оказался в Самаре.
«Меня ранило в октябре, а в декабре я уже был дома. Дальше — полгода восстановления. Аппарат Илизарова, внешняя фиксация, инвалидная коляска. Левая рука не разгибалась, поэтому даже на костылях не мог передвигаться».
Категория D, официальное увольнение в декабре 2024-го, и вот уже боец становится гражданским. СВО изменила в Александре многое. Пожалуй, главное — взгляд на мир.

«Я начал больше интересоваться тем, что происходит. Раньше мне все казалось немного театром: заговоры, враждебные силы — не воспринимал всерьез. Сейчас понимаю, что это не сказки. Я видел своими глазами, кто и как себя ведет, какие люди там, какие здесь и как реагируют местные. Все встало по местам».
Александр не отрицает: раньше в нем был юношеский максимализм, легкое недоверие к происходящему. Теперь пришло осознание, выстраданное, проверенное болью и кровью. Критическое мышление не исчезло — наоборот, стало точнее. Только теперь, как он говорит, «настроено правильно». И слово «патриотизм» зазвучало по-другому. Не как когда-то — по указке, «встань, спой гимн». А как ощущение живого организма, частью которого ты являешься. Где каждый выполняет свою функцию, чтобы все работало. Где страна — это не просто территория, а ты сам. Твои друзья. Погибшие и живые.
Работает с детьми и растит сына
Сейчас Александр — педагог по вокалу и журналистике, работает с детьми, проводит праздники и мероприятия в Самаре. Он — артист, ведущий, певец. И папа восьмимесячного сына, самого маленького слушателя в его жизни. Александр — представитель мордовской автономии, активно участвует в работе Совета губернатора по межнациональным отношениям. В ближайших планах — новые песни. Военные — возможно, когда-нибудь. Пока — о любви. О любимой жене, которая дождалась его, которая звонила, высылала посылки, поддерживала. Песня, посвященная ей, выйдет уже в июне. После нее будет композиция на мордовском языке. Идеи для новых песен, в том числе и о СВО, Александр тоже записывает.

«Что слушают на передовой? Да все. И попсу, и шансон, и западное, и рок, и рэп. Все, что цепляет. Все, что совпадает с ритмом сердца. Кто-то после боя включает тяжелую, рвущую басами музыку, чтобы выплеснуть адреналин. Кто-то — лиричное, чтобы снова почувствовать, что он живой. Музыка там — не фон. Она — спасение. Связь с домом, с жизнью, с собой настоящим».
К ЧИТАТЕЛЯМ
Узнавайте новости первыми, подпишитесь на наш телеграм-канал
Обсуждаем новости в нашем канале ВК. Подписывайтесь и оставайтесь на связи
Хотите больше историй и видео? Подпишитесь на наш дзен-канал