
В октябре 1941 года Куйбышев официально стал «запасной столицей» СССР. Сюда эвакуировали правительство, Большой театр, а вместе с ними — иностранные посольства. Десятки дипломатов из стран, с которыми СССР тогда поддерживал отношения, оказались в городе на Волге. О том, как они здесь жили и что оставили после себя, «КП-Самара» рассказал краевед Игорь Махтев.
По словам Махтева, для посольств выбирали лучшие здания — бывшие купеческие особняки. Но условия внутри были далеки от роскоши.
«Для посольств выбирались лучшие здания. Причем до дипломатов многие из них занимали госпитали, и когда посольства переехали в Куйбышев, раненым пришлось потесниться. Условия в купеческих особняках, которые отвели дипломатам, были спартанские, иногда внутри стояло всего несколько железных кроватей. Известно, что иностранные дипломаты жаловались друг другу на такие условия, сравнивали между собой свои особняки», — рассказал краевед.

Для питания иностранных гостей открыли специальный «Гастроном», где даже в самое сложное время была черная икра.
Самая известная — и самая непроверенная — история военного Куйбышева связана с гостиницей «Бристоль Жигули». Там жили иностранные журналисты, там же работали редакции зарубежных газет.
«До сих пор по Самаре ходит легенда о драке американских журналистов и японских дипломатов в ресторане гостиницы «Бристоль Жигули» после бомбардировки Перл-Харбора. Никаких документальных подтверждений тому не сохранилось».

А вот история, которую Махтев называет подтвержденной, — поступок норвежского посла Рольфа Андворда.
«Когда в Куйбышеве открылась станция переливания крови в бывшем роддоме на пересечении нынешних улиц Пионерской и Куйбышева, Рольф Андворд пришел туда и сдал кровь специально для солдат советской армии. Его кровь досталась старшему лейтенанту Петру Цивко. И в 1943 году в областной газете была целая переписка этого посла и лейтенанта. Посол благодарил лейтенанта за то, что советская армия освобождает Европу, а Цивко благодарил дипломата за кровь», — рассказал краевед.

Еще один факт, о котором мало кто знает: до войны у СССР не было дипломатических отношений с Австралией на уровне представительств. Первое в истории страны австралийское посольство открылось именно в Куйбышеве.
«Осенью 1942 года в тыловой Куйбышев прибыл посланник Австралии в СССР господин Слейтер. Представительство расположилось на улице Куйбышева, 110, в бывшем доме Жоголева. Так что Австралия для Самары практически страна-побратим», — рассказал Махтев.

Дипломатические отношения между СССР и Австралией были установлены 13 октября 1942 года. Правительство Австралии назначило Вильяма Слейтера Чрезвычайным и Полномочным Посланником. Самого особняка сейчас нет — на его месте новодел 2005 года, повторяющий пропорции и фасад. В 2018 году на здании открыли мемориальную доску в память о дипломатической миссии.
Самарско-австралийская история на Фрунзе
А еще в Самаре есть дом, который связывает город с Австралией через человека, а не через дипломатов. На Фрунзе, 57 (сейчас там детский сад) стоял дом адвоката Леонида Ященко. По словам Махтева, именно по инициативе Ященко, а вовсе не Петра Алабина, как считают многие, в Самаре установили памятник Александру II. Леонид Нестерович выиграл судебный процесс города с железной дорогой, пополнивший казну на 750 тысяч рублей. На эти деньги мостили улицы, разбивали скверы, строили электростанцию и проводили уличное освещение.
Его сын Александр Ященко провел детство в этом доме. В феврале 1903 года он был избран действительным членом Русского географического общества и в том же году совершил путешествие в Австралию. Коллекция, насчитывающая около ста предметов, собранная им в этой экспедиции, хранится в Кунсткамере в Санкт-Петербурге.
В 1902 году Александр Ященко написал повесть «Хруп. Воспоминания крысы-натуралиста». После издания она стала одной из самых популярных книг для школьников. За год до революции ее переиздали большим тиражом под названием «Хруп Узбоевич» и рассылали по школам всей России в качестве награды ученикам за хорошую учебу.

Во время войны в бывшем доме Ященко располагалось турецкое посольство. Но дом продолжает самарско-австралийскую историю через имя своего самого известного жителя.