
В Самаре проходил фестиваль «Кино — детям». Среди гостей присутствовал человек, которого дети заочно знают по мультфильму «Фиксики», а взрослые по фразе «тыдыщ». Юрий Пронин, режиссер-мультипликатор и старший художник-постановщик «Союзмультфильма», заглянул в гости к «КП— Самара» и рассказал, почему мультики лечат сердца, а нейросети не заменят аниматоров.
История «Фиксиков» началась не с ярких человечков, а с текста. Эдуард Успенский написал сценарий про «Гарантийных человечков» — существ, которые чинят технику. Продюсер Георгий Васильев купил его, переименовал и позвал Пронина рисовать.
«В начале было слово. И слово было: не то!» — смеется художник.
Васильев сотни раз повторял ему: «Не то ты принес, опять не то». Пронин переделывал, пока не нарисовал странных человечков: два маленьких, два больших, с винтиками на головах. Продюсер посмотрел и сказал: «Все. По силуэтам найдено».
«Фиксики» стали не просто мультиком, а способом объяснить детям, как устроен мир. Пронин говорит: продюсер специально закладывал в сериал знания, которых не хватает в школе. И это сработало — учителя до сих пор говорят ему спасибо.
Один из самых честных моментов эфира — признание Пронина, что он сам не может оторваться от телефона. Взрослый, 62-летний мужчина, художник с мировым именем — и та же проблема, что у подростков.
«Я зависимый человек. Я действительно не могу иногда оторваться от своего смартфона. И я с этим борюсь. Дети этого не умеют и не знают, зачем это делать», — сказал он.
По его словам, маркетологи строят алгоритмы на дофамине — гормоне удовольствия. И противоядие простое: отключить цветной экран.
«Попробуй отключить цвет на смартфоне — тебе сразу станет скучнее разглядывать картинки», — советует мультипликатор.
Самая тревожная мысль Пронина — про то, что современные дети разучились чувствовать. Контента стало слишком много, и детские сердца «черствеют».
«Сейчас можно три новых фильма посмотреть за один день. Но где там эмоции? Они уже не работают. У детей сердечки все покрыты коркой. Они уже ничего не чувствуют», — говорит он.
Мультипликатор сравнивает это с едой: мы можем есть пять-восемь раз в день, теша гормоны, но правильно едим только когда голодны. Так же и с информацией — нужен «информационный голод», чтобы снова начать чувствовать.
Пронин говорит, что современное поколение стало слишком рациональным. Молодые люди думают о работе, о зарплате, о комфорте. И, что его особенно печалит, о том, как бы поменьше общаться с людьми.
«Они, конечно, думают, кем будут работать и сколько получать. И этот рационализм сводится к комфорту — поменьше общения с людьми. Они понимают, что во время общения какие-то их изъяны души могут всплыть, и с этим надо что-то делать», — объясняет Пронин.
А потом добавляет то, что хотел бы сказать каждому: «Мы рождены для того, чтоб друг с другом общаться. Общение — это высшее искусство».
Пронин не боится, что нейросети заменят аниматоров. Но и не восторгается ими.
«Нейросеть — это инструмент. Не надо называть это мозгом, это не интеллект никакой. Это огромная память. Мы на такое не способны — быстро найти какую-то информацию, давно забытую. А ведь все новое — это хорошо забытое старое», — говорит он.
А вот современное кино он не жалует: «Кино — искусство в том виде, в котором оно сейчас существует, мне кажется, должно умереть». Слишком много разрушительного контента, слишком много низменного на поверхности — потому что «на поверхности то, что больше лайков».
На фестивале «Кино — детям» Пронин встречался с детьми и раздавал рисунки фиксиков. Один мальчик попросил автограф… на лбу.
«Я говорю: родненький, зачем на лбу, если я привез тебе фиксика? Вот тебе, пожалуйста», — смеется художник.
Всего он раздал 60 рисунков. И говорит, что, если приедет еще, нарисует больше.
В конце Пронин обратился к слушателям. Он сказал всего три слова: «Любите друг друга».
А еще, что искусство призвано смягчать сердца.
«Сердце склонно черстветь. Так устроен мир, много зла. Но все-таки черствеют сердца, и произведения искусства призваны смягчать сердца».
И это, пожалуй, главный итог разговора. Мультики, которые делают с душой, — тоже искусство. И они тоже смягчают сердца.