
Фото: Светлана МАКОВЕЕВА.
В Самаре на улице Алексея Толстого стоит дом, который местные жители называют не иначе как «масонским». Казалось бы, масоны - секретное объединение, веками окутанное слухами, ритуалами и клятвами хранить тайну. Но в Самаре начала XX века все оказалось прозаичнее и любопытнее: под готическими шпилями доходного дома кипела вполне земная жизнь. Об истории здания «КП-Самара» рассказал краевед Виктор Махтев.
Здание на этом месте появилось еще в середине XIX века. Первым владельцем был купец Василий Буреев, занимавший пост городского головы Самары. Позже особняк отошел самарскому отделению Волжского коммерческого банка, а в 1910 году его хозяином стал потомственный почетный гражданин Андрей Субботин. Именно с его подачи и началась та самая перестройка, благодаря которой дом приобрел нынешний облик.
Проект реконструкции подготовил архитектор Михаил Квятковский. После работ здание выросло до трех этажей, а фасад украсили башенки, стрельчатые окна и керамическая плитка - смесь модерна и готики. В июле 1917 года дом перешел к Давиду Маркинсону, который и стал последним владельцем усадьбы перед революцией.
Но легенда о «масонском доме» родилась не на пустом месте. В документах Управления госохраны объектов культурного наследия Самарской области значится: среди жильцов здания был князь Вячеслав Кугушев. Считается, что именно в его квартире собиралась местная масонская ложа.
По словам эксперта, Кугушев - фигура сама по себе примечательная. В Самару он приехал из Петрозаводска, где отбывал политическую ссылку. Здесь устроился сотрудником в филиал Донского земельного банка, располагавшийся в том же доме. А в 1912 году возглавил ложу, входившую в состав Великого Востока народов России. Собрания, соответственно, проходили у него на квартире - под той самой неоготической башней.
«Надо понимать: «масонский дом» - это не официальный статус, а народное прозвище. Строгих документальных подтверждений тому, что ложа собиралась именно здесь, в академических источниках нет. Но версия оказалась настолько живучей, что вошла даже в официальные справки и путеводители», - отметил Виктор Махтев.
После революции дом национализировали. Двенадцать квартир заселили новыми жильцами, и на долгие десятилетия здание превратилось в обычный коммунальный дом. Старожилы вспоминают: дверь на кухню не закрывалась, соседи ходили друг к другу за солью и спичками, а праздники отмечали всем домом.
Ремонт здесь был редкостью. Последний раз капитально чинили еще в 1968 году, в девяностые перекрыли кровлю - да так, что вместо исторических башенок с крышей в виде рыбьей чешуи поставили «железные ведра».
К 2023 году ситуация стала критической. Дом признали аварийным - по формулировке властей, после «недостоверного обследования». Жители обратились за помощью, и после вмешательства депутата Госдумы Александра Хинштейна решение отменили. А в 2024 году началась реставрация.
Подрядчик укрепил фундамент, поменял кровлю и окна, восстановил кирпичную кладку. Реставраторы работали с каждым кирпичом буквально как стоматологи: убирали разрушенные фрагменты и ставили защитную пломбу, которая, по их уверениям, простоит еще лет сто. Отдельная задача - воссоздать керамическую плитку по архивным фотографиям. На фасаде использовали три вида, и часть изготовили заново в собственной мастерской подрядчика.
Сегодня дом Субботина-Маркинсона (в документах встречается и искаженное «Субботиной-Мартинсон») - это по-прежнему жилой дом и объект культурного наследия.
Он стоит на своем месте, постепенно возвращая себе тот облик, который придумал Квятковский больше века назад. А легенда о масонах, собирающихся под готическими шпилями, никуда не делась. И, честно говоря, именно она делает этот дом интересным для тех, кто гуляет по старой Самаре.
К ЧИТАТЕЛЯМ
Узнавайте новости первыми, подпишитесь на наш телеграм-канал и канал в МАХ
Обсуждаем новости в нашем канале ВК. Подписывайтесь и оставайтесь на связи
Хотите больше историй и видео? Подпишитесь на наш дзен-канал