2018-02-21T19:06:48+03:00

Высококлассные пилоты сажают виноградники, а стюардессы продают квас

Как поселок Береза выживает после банкротства авиакомпании, выясняла корреспондент «КП»
Поделиться:
Комментарии: comments5
Изменить размер текста:

- Скажите, это похоже на руки летчика? - Олег Шведов, бывший командир-пилот Ту-134, второй пилот Як-42, выпрямляет обе ладони на руле старенькой «пятерки». И с горечью отвечает: - На руки шахтера это похоже.

Мужчина не кокетничает. Он и сам смахивает скорее на разнорабочего. В лучшем случае - таксиста-бомбилу. Всклокоченная шевелюра, темная роба, двухмесячная небритость... Если бы не умные глаза с хитринкой, ни за что не поверила бы, что 44-летний мужчина много лет подряд носил белоснежные рубашки и щеголеватые летные куртки. А еще поднимал в небо сверкающие серебром лайнеры.

- У меня налет 8000 часов, - говорит пилот. - Опыт огромный, здоровье еще о-го-го. И вдруг все это оказалось никому не нужно!

История Олега - одна из восьмисот. Именно столько людей в одночасье оказалось за бортом после банкротства крылатой легенды Поволжья - авиакомпании «Самара». Большинство уволенных всю жизнь прожили в поселке Береза - авиагородке близ Курумоча. Пара улиц, два супермаркета, школа, детсад и три десятка домов. У поселка внешне вид довольно благополучный: во дворах резвится молодняк, взрослые выглядят вполне интеллигентно. Даже в местном магазине «Горилка» редко услышишь мат и ругань. Мужики, решившие таки спиться, заплетающимся языком говорят продавщицам комплименты и благородно отказываются брать сдачу.

Экс-стюардессы примеряют фартуки продавщиц

- На самом деле всем страшно, - говорит Анна Александровна, бывшая стюардесса. - Только и разговоров вокруг - как найти работу. Звоним, встречаемся - одна тема: как жить дальше. Я не белоручка, после банкротства пошла в магазин. Красный фартучек, прилавок... Через месяц сбежала: ну нельзя ходить на работу, которую ненавидишь! Решила пойти дворником. Представьте, нет вакансий! Вот и сидим дома, я и собака, обе голодные. После сокращения дали три месячных оклада, сейчас жду, когда начислят пенсию. Три дня назад деньги у меня закончились, пошла к другу, летчику. Он дал мне тысячу и показал сберкнижку. А там - 2600! Обещали работу 1 июня, до этого буду жить в долг. Если, конечно, будет у кого занять.

- У меня сын тяжело болен, - говорит Светлана Горина, бортпроводник с 22-летним стажем. - Так что сразу после сокращения я пошла в магазин продавцом. Недавно вот до администратора повысили.

Женщина говорит, что рада новой работе: весь день с людьми, все вокруг свои, дом рядом. Но стоило заговорить о прошлом, ее глаза заблестели совсем по-другому. Видимо, «небесные» годы в ее жизни были чем-то большим, чем трудовая биография. Кстати, даже в магазине, среди полок с квасом, бывшая стюардесса выделяется особой статью. Горделивая посадка головы, подчеркнутое спокойствие...

Похоже, женщины из лопнувшей авиакомпании без работы не останутся. Одних «подтянут» за собой устроившиеся поближе к дому подружки. Другие готовы ездить на работу в Самару, хоть это удовольствие не из дешевых: 150 рублей в день. Третьи вспоминают давние навыки, шьют-вяжут на продажу.

- Мужчинам труднее! - в один голос говорят они. Я не сразу понимаю, что в березовском случае это чистая правда.

«Я умею две вещи: летать и не летать»

Фраза эта - профессиональная поговорка пилотов. Чтобы показать, куда после банкротства авиакомпаний закапывают их опыт и знания, потомственный летчик Олег Шведов везет меня на дачу.

- А правда, что у летчиков есть некоторый профессиональный снобизм, когда лучше сидеть без денег, чем идти на грязную работу? - спрашиваю.

- Да какой там снобизм, просто мы больше ничего не умеем делать! - невесело смеется Олег. - Знаете эту профессиональную шутку летчиков? «Я умею две вещи: летать и не летать». Так вот это никакая не шутка. В лучшем случае пилоты умеют еще крутить баранку, как я, например. Большинство и этого не могут. Вот у меня друг-бортмеханик пошел в таксисты. Другой в автосервис ушел. Редчайшие исключения из правила.

Олег перечисляет, как устроились после банкротства авиакомпании его приятели. Один практически спивается, другой устроился в такси, третий в газелисты было подался, но не вытерпел - ушел. Несколько летчиков взяли в Волгоград, но это на сезон. Командный состав подался в Оренбург. Сам Олег разослал свои резюме по всем авиакомпаниям: в Оренбургские авиалинии, «Ютэйр», даже в Москву - в «Руслайн» и «Русэйр». Ответ везде один: хорошо, мы подумаем. Несколько раз пытался устроиться охранником. Ему сказали: за 7000 найдем колхозника, он в рот начальству будет смотреть. А ты - сам начальство, возни с тобой много. Поехал в Самару, в Центр занятости. Предложили работать озеленителем или менеджером по продажам с окладом 10 000 рублей.

- На дорогу уйдет 3500 рэ, - подсчитывает выгоды от такой работы Олег. - На еду столько же... Пока заначка не кончилась, буду искать нормальную работу. Мне семью кормить.

Семья у Олега небольшая: жена с зарплатой 5000 и 17-летняя дочь-студентка, за которую еще платить и платить. Чтобы не впасть в депрессию, Олег целыми днями пропадает на даче:

- Хотел на пенсии виноградом заняться, - говорит он. - А тут на тебе, вот она, пенсия. С 35 лет положена льготная, вот ее сейчас и оформляю. И надеюсь, как и многие другие, что администрация авиакомпании все-таки выплатит оставшиеся 2/3 выходного пособия.

На участке идеальный порядок. Под каждый виноградный корень установлен металлический штырь. Дорожки утоптаны, инвентарь вычищен. Олег старается развеселить меня рассказами о дачных подвигах, но в глазах то и дело проглядывает тоска. О прошлом хоть вообще не расспрашивай: видно, что развал компании для него не только личная трагедия. Говорит, на глазах угробили один из лучших летных отрядов страны.

- У нас были самые лучшие спецы, - вспоминает Шведов. - Опытнейшие. Зарплаты были хорошие, по 50 000. Условия работы и самолеты - отличные. Чтобы все это грохнуть, понадобилось несколько лет и «толковое» руководство. Продали 5 самолетов, два - новехоньких. Остальные оказались заложены. Что у компании осталось, так это 2 самолета и 6 движков.

Летчики говорят, что какая-то компания «Спасские ворота» вроде собралась возрождать авиакомпанию. На это люди и надеются. А пока выживают кто как может.

СПРАВКА «КП»

16 февраля 1993 года было создано открытое акционерное общество «Авиакомпания «Самара».

Весной 2005 года авиакомпания «Самара» вошла в авиаальянс «ЭйрЮнион».

30 сентября 2008 года авиакомпания «Самара» была лишена лицензии. Фактически она прекратила свое существование, и 800 работников остались не у дел.

МНЕНИЕ АВТОРА

Поселок Береза чем-то похож на Яблоневый Овраг под Жигулевском, про который «КП» писала несколько раз (см. статью «Жители Яблоневого Оврага не знают, как дальше жить» в «КП» от 12.12.2008 года). Та же удаленность от крупного рынка труда, та же замкнутость социальных связей. Правда, есть отличия, которые бросаются в глаза. Во-первых, выплаты по банкротству в семьях Березы были намного, в разы выше «овраговских». Кроме того, у летной братии раньше наступает возраст льготных пенсий. Так что продержаться на плаву лишние несколько месяцев тем, кому за 35, будет легче. Но молодежи угрожает полная переквалификация. Два года без неба, и летчик теряет класс. Сегодня городок выживает за счет подработок на «галерах». Так между собой здесь называют компанию «Ютэйр» за большие летные нагрузки и маленькие зарплаты. Пока в городке нет ни всплеска хулиганства, ни роста самоубийств. Сплоченность и командный дух помогают выживать людям, которые считают друг друга товарищами по несчастью. Правда, уже начинают накапливаться долги по квартплате. А некоторые горячие головы готовы собрать народ перед Белым домом... Но это пока только планы.

Еще больше материалов по теме: «Самарцы и мировой экономический кризис.»

Понравился материал?

Подпишитесь на ежедневную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

 
Читайте также