«Боялся, что мне влетит за сбитый самолет»

Собираясь на встречу с Романом, я представляла себе этакого голливудского Стивена Сигала. А из машины вышел худенький паренек невысокого роста.

- Совсем еще мальчишка, - думала я, пока не увидела его глаза: серьезные, взрослые.

Роман не из семьи военных. Мама -бухгалтер, папа - инженер. Из института Рому отчислили на первом курсе. Все деньги в семье уходили на ипотеку, и за учебу платить было нечем.

- Устроился работать продавцом в супермаркет, - рассказывает паренек улыбаясь. - Потом пришла повестка из военкомата. Подумал, зачем отмазываться?

Романа отправили в войска противовоздушной обороны, в 58-ю армию. Сначала служил в Ейске, потом попал во Владикавказ. 8 августа 2008 года ребят разбудили ночью по тревоге. Командиры не сказали, куда их отправляют, да солдаты и так все поняли. Вся страна гудела: «Грузия напала на Южную Осетию». Боевая техника колоннами шла в Цхинвал. Так совсем еще пацаны 18 - 20-ти лет попали в самое пекло.

- Когда вошли в город, стало жутко, - вспоминает Рома, нервно теребя салфетку. - Дома горят. Магазины разбиты. Кругом сломанная военная техника. На улицах лежат тела и солдат, и гражданских людей. Боевые машины проносятся в сторону города со свистом. Оттуда возвращаются только кареты «скорой помощи» с мигалками. На душе сыро так стало. Потом один сержант стащил конфеты из разбитого магазина и стал всем разбрасывать - угощайтесь бесплатно. Мы тут же повеселели.

«НА ЗАМОРСКОЙ ЕДЕ НОГИ ПРОТЯНЕШЬ»

9 августа рядовой Роман Бывалин вышел на боевое дежурство. Радар засек грузинский самолет, который летел далеко, за 25 километров. Командир сказал, что надо подождать, пока подлетит ближе.

- Ракетная техника была старая, 1953 года, - говорит Рома. - Промахнуться легко. Когда до самолета осталось всего ничего, три километра, командир велел открыть огонь. Я в первый раз увидел, как падает самолет. «А вдруг там люди?» - мелькнуло в голове. Но после того, что грузины сделали с нашими миротворцами, мне их было не жалко.

На следующий день Роман узнал, что сбил грузинский беспилотник-разведчик. В штаб приехал генерал, поднял крик, хотел найти стрелка. Парень боялся, что ему влетит. Оказалось, командир нарушил инструкцию, не доложил в штаб армии об открытии огня. Но потом буря стихла.

- В Цхинвале мне понравилось, природа очень красивая, - делится впечатлениями бывший солдат. - Местные жители угощали нас отменным вином, вкусным шашлыком. Но все равно скучал по нашим русским березкам.

В Южной Осетии рядовой Бывалин побывал на грузинской военной базе. Солдатики с любопытством рассматривали брошенную технику, ее здесь было навалом, попробовали американские сухие пайки. Заморская еда совсем не понравилась.

- Стало понятно, почему грузины так быстро сдались. С такой еды ноги протянешь. Салат с изюмом и рисом, суп, булочка с джемом. Через час опять захотелось есть, - смеется Бывалин. - То ли дело наша гречка с парой банок тушенки!

«ДЕД-ВЕТЕРАН СКАЗАЛ, ЧТО Я ЕГО ПЕРЕПЛЮНУЛ»

Рома признался родным, где воевал, только когда вернулся в Тольятти. Дома, на гражданке, поджидала проза жизни. Любимая девушка ушла к другу, с деньгами кинули. Солдатам обещали платить по 75 долларов в день во время боевых действий в Осетии. Роман подсчитал, что это почти сто тысяч рублей за 40 дней. А на руки выдали всего 26 тысяч рублей. Получается, парня бросили в мясорубку за месячную зарплату офисного клерка. А тут еще облом с работой. Он хотел устроиться в конвой следственного изолятора, но оказался не годен по состоянию здоровья. Выходит, под пули лезть было можно, а для работы в конвое слабоват. В общем, Бывалин затосковал. Подумывал было подписать контракт, вернуться обратно в Цхинвал - будь что будет. Не отпустила мама. Сказала, что второй раз сердце уже не выдержит.

Вскоре и работа, и награда нашли героя. Рома устроился работать в магазин игрушек. Неожиданно парню позвонили из военкомата:

- Роман Бывалин, получите Георгиевский крест IV степени!

Наградой Бывалин, безусловно, гордится.

- У меня дедушка воевал в Великую Отечественную, - говорит парень. - Даже на Берлинской стене расписался. У него целая коллекция наград, а Георгиевского креста нет. Дед сказал, что я его переплюнул.