
Восемь месяцев прошло с того дня, когда 8-летний Мирон погиб, упав с двухметровой высоты на детской площадке во дворе дома № 10 по улице Лукачева в Самаре. Родители мальчика Екатерина и Кирилл не только не смирились с потерей, но и продолжают борьбу за справедливость. В ноябре они получили результаты судебно-медицинской экспертизы, которые вызвали у них еще больше вопросов, и обратились к главе Следственного комитета России Александру Бастрыкину. Подробнее – в материале «КП-Самара».
Трагедия случилась вечером 15 марта 2026 года. Мирон играл с друзьями на площадке, которая находится на крыше подземного паркинга. Мальчик залез на ограждение, поскользнулся и упал с двухметровой высоты, ударившись о столб.
Сначала он был в сознании, говорил отцу: «Когда приедет скорая? Мне больно. Я хочу в больницу». Однако, по словам родителей, врач скорой помощи осмотрел ребенка и сказал, что все нормально, переломов нет.
Позже, как рассказала мать мальчика, врачи обозначили, что у мальчика был разрыв нижней полой вены и размозжение печени. Он скончался в реанимации.
В середине ноября родители получили результаты экспертизы, которую провели в бюро судебно-медицинской экспертизы в Казани. Согласно документам, который оказался в распоряжении редакции «КП-Екатеринбург», смерть мальчика наступила от травматического шока, возникшего из-за травм головы, туловища и конечностей, а также скопления крови в грудной и брюшной полости.
Однако главный вывод для семьи оказался неожиданным: эксперты не выявили дефектов в оказании медицинской помощи.
«Вред здоровью в результате оказания ему медицинской помощи не причинен. Между действиями медицинских работников и наступлением смерти прямой причинно-следственной связи не имеется», — заключили специалисты.
Екатерина и Кирилл с этими выводами категорически не согласны. Они уверены: их сына можно было спасти, если бы врачи действовали иначе. Поэтому требуют повторной экспертизы.
«Для нас важно не только восстановить справедливость для Мироши, но и сделать так, чтобы подобное больше никогда не повторилось», — говорит мама погибшего мальчика.
До этого, в середине октября, семья получила результаты строительной экспертизы. По словам юриста Юлии Липинской, эксперты пришли к выводу, что на участке нет парапета высотой не менее 1,2 метра и сетчатого ограждения над ним.
«В совокупности эксперты пришли к выводам, что установленное ограждение на детской площадке не соответствует нормативным требованиям».
Но родители Мирона считают, что и здесь эксперты выявили недостаточно нарушений.
«В экспертизе указано, что на площадке есть восстановленный участок, но его восстановили уже после смерти сына. По факту, поручень, за который он держался перед падением, шатался. Вопросов к этому участку у экспертов не возникло, а они должны быть. В документах ничего не сказано и про отбойники, на один из которых сын упал», — объяснил в беседе с «КП» отец мальчика.
Вместе с юристом Юлией Липинской родители обратились к главе СКР Александру Бастрыкину с просьбой назначить повторные экспертизы в Судебно-экспертном центре СК РФ, а не в организациях, подведомственных Минздраву и находящихся внутри региона, где произошла трагедия.
В СУ СК по Самарской области подтвердили: Бастрыкин поручил и.о. руководителя управления Михаилу Ламонову представить доклад о ходе расследования и доводах, изложенных в обращении.
Самое страшное в этой истории — то, как семья переживает горе. Екатерина пишет об этом открыто в своем канале:
«Я завидую себе той, которой была до 15 марта. Завидую, потому что больше никогда не буду прежней. Никогда не буду так беззаботно счастлива».
В одном из постов женщина сказала: живет сейчас только ради младшей дочери Мии.

В сентябре Екатерина рассказала, что они с мужем ездили в Армению — к семье, которая тоже потеряла сына.
«Все началось с моего комментария под одним рилсом. Его случайно увидела Ангелина, написала мне слова поддержки и предложила приехать к ним».
Больше месяца они прожили под одной крышей с почти незнакомыми людьми. Днем гуляли, смеялись, открывали новые места. А по ночам могли сидеть и плакать, говорить о детях, показывать фотографии, произносить их имена.
«И самое ценное — ничего не нужно было объяснять. Не нужно было прятать слезы. Можно было просто быть собой», — вспоминает Екатерина.

Несмотря на тяжелое эмоциональное состояние, Екатерина продолжает разбираться в обстоятельствах гибели своего ребенка:
«Мы пойдем до самого конца. Ради Мирона. Ради будущего нашей дочери. Ради других детей, которые должны быть в безопасности».
Семья, по ее словам, «по уши в долгах» из-за работы юристов. Екатерина работает по 16–18 часов в день, чтобы закрыть эти долги и поставить сыну памятник.
Сейчас семья ждет результатов повторных экспертиз и надеется, что обращение к Бастрыкину сдвинет дело с мертвой точки. Также Екатерина продолжает публиковать видео с призывами к родителям проверять детские площадки и обращать внимание на ограждения.
«Я очень хочу, чтобы ни один ребенок больше не погиб из-за халатности взрослых. Я бы очень хотела сейчас быть тем самым родителем, которого предупредили».
Редакция «КП-Самара» продолжает следить за ситуацией.
К ЧИТАТЕЛЯМ
Узнавайте новости первыми, подпишитесь на наш телеграм-канал и канал в МАХ
Обсуждаем новости в нашем канале ВК. Подписывайтесь и оставайтесь на связи
Хотите больше историй и видео? Подпишитесь на наш дзен-канал